Кейсы по налогам и праву 2019: чиновники и эксперты о защите бизнеса (проверки, дробление, оптимизация, самозанятые)

07 марта 2019

За прошлый год рост собираемости налогов в Рос­сии составил 25 %, при том, что ВВП вырос всего на 2,3 %. Очевидно, что государство эф­фек­тив­но развивает цифровизацию налогового кон­тро­ля. Как в 2019 году обезопасить свой бизнес от налоговых проверок, какие ситуации вызывают сомнения у налогоплательщиков и подозрения у налоговых органов? Для ответов на эти вопросы 1 марта 2019 года в Экспертной гостиной выступили признанные эксперты по налоговому контролю: начальник отдела документальных проверок и ревизий УЭБиПК МВД РФ Татьяна Смирнова, адвокат Александр Фроленко и эксперт по налогам, советник на­ло­го­вой службы РФ II ранга Виктория Варламова.

Получите
материалы
экспертной гостиной
Заполните форму и получите видео-запись и презентации спикеров.
Запросить материалы

Что в 2019 году может стать причиной выездной налоговой проверки?

В. Варламова: Самая популярная причина для назначения выездных налоговых проверок — применение агрессивных схем ухода от налогообложения. Схемы известны: «обналичка», дробление бизнеса с целью неправомерного применения спецрежимов, работа с неблагонадежными контрагентами.

Представителям малого бизнеса даны рекомендации «стучать» на своих больших контрагентов, использующих спецрежимы, с целью предотвращения недобросовестной конкуренции. Недавно в Краснодарском крае налоговые органы доказали, что сеть ресторанов быстрого обслуживания — на самом деле один налогоплательщик.

Налоговая доначислила НДС, налог на прибыль, поскольку каждый ресторан сети применял ЕНВД. Учредитель сети ресторанов призналась, что у дробления была одна цель — экономия на налогах, приходилось создавать новые компании, потому что ЕНВД не позволяет нанимать много сотрудников. Такое дробление — на особом контроле у налоговиков.

А. Фроленко: Среди индикаторов налоговой проверки, камеральной либо выездной, — низкая налоговая нагрузка. Если компания применяет по НДС более 90 % вычетов, если налоговая нагрузка — ниже отраслевой, то инспекторы начинают искать причину, разбираются с аффилированными лицами, с количеством «упрощенки» в составе расходов по налогу на прибыль, с размером зарплат, опрашивают сотрудников. Как правило, налогоплательщик в этом случае предпочитает «пересдаться».

Т. Смирнова: Руководство налоговой службы настроено вычистить из реестра налогоплательщиков всех, кто пытается идти по пути агрессивной налоговой оптимизации. С ними будут бороться в первую очередь. С 1 октября 2018 г. налоговые органы подключились к программе «ЗАГС», стало проще выявлять всех взаимозависимых лиц, анализировать движения на банковских счетах по всем родственным связям.

Проводятся проверки через программу «АСК-НДС 2» и через Систему управления рисками «Дерево связей». Если по этому «дереву» проходила какая-то неблагонадежная компания, выясняется, насколько тесно она связана с организацией. Кроме этой программы, в тестовом режиме работает сервис ФНС «Прозрачный бизнес», где можно проверить контрагента на момент заключения сделки.

Если компания проявит должную осмотрительность, риски будут минимизированы, нормы гражданского и налогового законодательства соблюдены, тогда можно говорить об обоснованной налоговой выгоде и отсутствии повода для ВНП.

Может ли налоговая инспекция выявить дробление компаний, если формально они не взаимозависимые?

Например, есть 4 компании, которые применяют УСН, у них разные учредители и руководители, но по факту ими управляет один собственник. Есть ли у налоговых органов шансы доказать, что это действительно незаконное дробление бизнеса?

Т. Смирнова: По дроблению бизнеса Налоговая служба в августе 2017 года представила обзор судебной практики, в который включила не только «положительные» дела, в пользу бюджета, но и проигранные. Если установлено дробление с целью завышения расхода, как это часто бывает, и у контрагента нет ни трудовых ресурсов, ни помещений и производственных мощностей по специфике деятельности на сегодняшний день, то это, конечно, схема, которая начинается с взаимозависимых лиц либо номинального собственника.

Если в поданных «упрощенцами» декларациях сумма будет приближена к критической величине в 150 млн руб., то дальше будут анализироваться банковские данные. Если суммы проходили гораздо выше, чем указанные 150 млн руб., налоговая будет искать, не скрыта ли выручка, нет ли ухода от налогов, не сфабрикованы ли какие-то документы (это называется «формальный документооборот»).

Верховный суд поддерживает налоговиков. Кроме того, в методичке СК РФ тоже указано про дробление бизнеса, которое должно быть наказано со стороны бюджета и налоговых органов. В целом нет ничего страшного в том, если собственники изначально взаимозависимы. Главное — сотрудничество между ними идет по рыночной стоимости, есть обоснованное управленческое решение, деловая цель. К дроблению бизнеса нужно относиться очень аккуратно и с учетом «грустной» судебной практики.

А. Фроленко: Если у вас в разных компаниях разные лица, то вы вполне можете применять упрощенные режимы, если можете это пояснить: почему одна компания применяет один налоговый режим, а другая — другой?

Причины могут быть, например, такие: разные инвесторы, разные акционеры, разные бизнес-модели, наличие разного имущества и т.д. О чем спрашивают налоговые органы, когда приходят проверять налогоплательщика? В первую очередь, о бизнес-процессах. Если в компании могут экономически пояснить любой процесс, то у налоговых органов тоже вопросов не будет.

Получите
материалы
экспертной гостиной
Заполните форму и получите видео-запись и презентации спикеров.
Запросить материалы

Налоговые органы предъявляют претензии к налогоплательщикам, если в цепочке контрагентов третье или четвертое звено оказалось фирмой-однодневкой

В этом случае налогоплательщика заставляют убирать расходы и вычеты по своему контрагенту в цепочке. Какой совет можно дать налогоплательщику? Стоит ли представлять уточненные налоговые декларации в такой ситуации?

Т. Смирнова: Налоговым органам хочется, чтобы компания «ответила за всех», если у нее есть деньги, рассчиталась с бюджетом за других недобросовестных налогоплательщиков. Сейчас налоговая еще будет контролировать, правильно ли компании заключили договоры и перешли со ставки НДС 18% на 20%.

23 марта 2017 г. ФНС разослала письмо № ЕД-59/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выводы». В нем перечислены случаи, когда компании могут защититься от претензий налоговой службы:

  • Если нет доказательств, что фирма-однодневка подконтрольна вашей организации (однодневка с низкой налоговой нагрузкой либо с нулевыми «уточненками», хотя компания должна была показать реализацию);
  • Если в цепочке появляется кто-то неблагонадежный, это тоже не основание менять расчеты и декларации;
  • Опрос, допрос и почерковедческая экспертиза не дают права снять с компании налоговые вычеты.

Если вы уверены в своем первом, втором контрагентах в цепочке, уверены в том, что налоговая не докажет, что последующие контрагенты — ваши за­ин­те­ре­со­ван­ные лица (взаимозависимость, семейственность и т.д.), а «проблемный» контрагент не признается, что его попросили создать компанию для «прокачки» документов, то тогда налогоплательщик наказан не будет. В противном случае компания будет наказана и за третьего, и за последующих контрагентов.

Если компания работает с иностранными пар­тне­ра­ми, нужно ли их проверять на налоговую бла­го­на­деж­ность так же, как российских партнеров?

Есть ли у налоговых органов реальные инструменты контроля за иностранными компаниями? Как отслеживаются «зарубежные схемы оптимизации налогообложения»?

Т. Смирнова: С 2018 г. Россия присоединилась к системе автоматического обмена налоговой информацией между налоговыми органами разных стран — сегодня это 75 государств и 13 территорий. Если иностранное государство запрашивает документы по поводу российской компании, российская сторона должна пред­ста­вить эти документы.

У ФНС появилась возможность поработать с ино­стран­ны­ми организациями, например, Кипр охотно идет на сотрудничество, предоставляет данные о движениях по счетам, анализирует все сделки, роялти и т.д.

Нужно ли проверять иностранную компанию? Все зависит от специфики сотрудничества между ней и российским партнером. Для иностранных компаний в России есть отдельные нормы трансфертного ценообразования, мы показываем и расходную и доходную части, контроль со стороны налоговиков предусмотрен.

Требовать от иностранного партнера показать банковские счета с копиями банковских карточек нельзя, по нормам международного права таких оснований нет. Налоговые органы будет волновать, прежде всего, связь зависимых лиц с офшорными зонами, деофшоризацию бизнеса в России объявили еще 5 лет назад. Если в учредители бизнеса пригласили независимое иностранное лицо (помним про санкции в отношении РФ), то со стороны налоговой вопросов не будет, если это не взаимозависимость и не схема по минимизации налогов.

Конечно, есть нулевая ставка, она сегодня возможна, но это не схема. Как только в составе учредителей офшора найдут российских граждан, схема сразу попадет на контроль к налоговым органам.

Если компания демонстрирует убыток на про­тя­же­нии нескольких лет, могут ли ей назначить ВНП?

А. Фроленко: Налоговая обращает внимание в основном на разрывы, если их нет, ВНП вряд ли назначат. Если компания убыточная или находится в стадии банкротства, налоговая потратит время на проверку и деньги, но взыскания при этом не будет.

У налоговиков есть не только план начислений, но и план взысканий — сейчас по нему идет очень большой разрыв, начисляют очень много, а взыскивают гораздо меньше. Поэтому любые реальные убытки организации нужно заявлять.

Могут ли договорные отношения с «са­мо­за­ня­ты­ми» лицами квалифицироваться как схема на­ло­го­вой оптимизации?

В. Варламова: В интернете встречается схема экономии на «самозанятых» за счет обмена работниками: компаниям рекомендуют расстаться со своими сотрудниками, чтобы потом заключить договоры подряда, возмездного оказания услуг с «чужими» сотрудниками.

Налоговая видит эти «маневры» компаний по снижению поступлений НДФЛ, страховых взносов, и появляется повод пригласить представителей налогоплательщика на «зарплатную комиссию». Инспекторам не составит труда проследить, куда делись работники, схема будет легко раскрыта.

Т. Смирнова: Если схему найдут, то организации доначислят подоходный налог, страховые взносы. Договор между компанией и физическим лицом как «самозанятым», либо между компанией и индивидуальным предпринимателем обязательно должен носить гражданско-правовой характер и не содержать в себе черт трудового договора (например, режим рабочего времени).

А. Фроленко: Если ИП работает только с одним клиентом, для налоговой это сигнал, что это не работа на рынок. Здесь вопрос не только контроля цен, но и целесообразности. Сейчас по закону самозанятое лицо не может применять спецрежим к доходам от выполнения работ и оказания услуг по гражданско-правовому договору, где заказчиком выступает его нынешний или бывший работодатель.

В ближайшее время в налоговый кодекс будут внесены поправки, по которым юридическим лицам будет запрещено заключать договоры с самозанятыми лицами, которые у них работали менее 2 лет назад.

Как налоговые органы определяют бенефициаров налоговой выгоды?

А. Фроленко: Государство переходит от административного давления к административной коммуникации, количество проверок неуклонно снижается — государство пытается добровольно уговорить налогоплательщиков заплатить деньги, которые идут по налоговым разрывам. В связи с этим риск попадания в выездные налоговые проверки зависит, в том числе, от того, видит ли государство бенефициаров.

Они выявляются, в первую очередь, по финансовым потокам. Например, существует компания, и вдруг ее сотрудники переходят в другую организацию, при этом у компании остаются те же поставщики и покупатели. Налоговый орган, ссылаясь на ст. 45 НК РФ, выходит на проверку и взыскивает недоимку с бенефициара налоговой выгоды. Большинство налогоплательщиков знает свои проблемные точки, и если налоговики в эти точки начинают бить, то рано или поздно они их найдут.

Налоговая сегодня запрашивает любые документы, не только бухгалтерские: штатное расписание, должностные обязанности сотрудников, журнал въезжающего транспорта. Программа «АСК-НДС 2», которой пользуются инспекторы, позволяет выявить, что у организации не было возможности выполнить какой-то определенный факт хозяйственной жизни.

Что делать бухгалтерам, руководителям, которых вызывают на допрос?

Как себя вести сотрудникам компании, когда налоговые или пра­во­ох­ра­ни­тель­ные органы изымают документы?

Т. Смирнова: Налоговый орган может вызвать на допрос любого сотрудника, ко­то­рый, по мнению инспекторов, имеет представление о деятельности компании, это могут быть даже сторож, слесарь и др. Все вопросы, ко­то­рые могут задать и на которые желательно заранее подготовить ответы, можно найти в методичке Следственного комитета и ФНС.

Сотрудникам организаций задают 38 вопросов, руководителям — 42. Тем, кого вызвали на допрос, нужно помнить о пункте 1 ст. 51 Конституции РФ («Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом»).

Когда ситуация грозит уголовной ответственностью (ст. 199 УК), лучше привлечь адвоката, который поможет формулировать грамотные и четкие ответы. Важно избегать ответов «не помню», «не знаю». Можно ссылаться на принятый в организации Регламент по проверке контрагентов и проявлению должной осмотрительности, настаивать на деятельности в соответствии с Конституцией РФ, ТК РФ, договорами гражданско-правового характера.

Если задают вопрос по какой-то конкретной сделке, лучше попросить время для уточнения до следующего допроса. Под проверку попадают сделки за последние 3 года, и в законодательстве не прописана обязанность сотрудников организаций помнить про каждый день.

Если налоговый орган проводит выемку документов, эти мероприятия должны проводиться не в ночное время (с 22 до 6 утра). В ночное время не допускаются не только выемка, но и оформление протокола. Если инспекторы пришли в офис после закрытия, мероприятие переносится на следующий день, все опечатывается.

У налоговиков и правоохранителей есть право изымать компьютеры со всей содержащейся в них информацией и не принимать возражения со стороны сотрудников. Поэтому лучше не хранить чувствительную информацию в рабочих компьютерах.

Нельзя отпускать сотрудников на допросы одних, особенно в органы полиции, где они могут столкнуться с моральным воздействием и подписать любые документы. Нужно всегда внимательно смотреть на входящие документы: иногда они бывают без входящих номеров из органов полиции, и в этом случает информацию можно не предоставлять.

А. Фроленко: Существует 3 вида допросов, которые нужно различать, чтобы правильно действовать:

  • В налоговом органе. За неявку грозит административный штраф.
  • Допросы по уголовному делу. За отказ от дачи показаний грозит уголовная ответственность.
  • Опросы, которые практикуют органы полиции. Им предшествует рассылка «писем счастья», повесток. На самом деле, это незаконно, без регистрации материалов в Книге учета преступлений никакие процедуры проводиться не могут. Самостоятельно требовать книги покупок и книги продаж органы полиции тоже не могут. До возбуждения уголовного дела органы полиции достаточно сильно ограничены в процессуальных правах. Не допускаются изъятие ими документов и телефонов, личный обыск сотрудников. Предусмотрены только мероприятия, связанные с обследованием помещений.

Подводя итоги дискуссии в Экспертной гостиной, Александр Фроленко напомнил о том, что решения, которые компании сегодня принимают, принесут свои плоды через 2-3 года. К этому времени будет оцифрован налог на прибыль, и незаконные схемы все равно будут выявлены, а срок привлечения к ответственности составляет 3 года.

Экспертные гостиные для представителей бизнеса и профильных экспертов проводятся каждый месяц. Регулярные встречи с дискуссиями, мастер-классами и индивидуальными консультациями экспертов помогают участникам следить за профилактикой бизнес-рисков и успевать за масштабными фискальными изменениями в законодательстве и контрольной среде.

Персональная письменная консультация
Наталья Игуш
аудит, due diligence
Виктория Варламова
Налоговый консалтинг
Вадим Чимидов
Досудебные и судебные налоговые споры
Татьяна Тарасова
Зарплата, НДФЛ, соцвзносы, кадровый аудит
Кирилл Неймарк
Налоговое планирование, налоговый консалтинг
Сергей Худяков
Гражданско-правовые и корпоративные споры
Кира Трунтаева
Возмещение НДС представительство в судах
Виталий Цапков
Налоговые проверки, возврат переплаты по налогам
Наталья Наталюк
Налоговые проверки и оспаривание их решений
Ольга Новикова
Консультирование по бухучету и налогам
Любовь Резникова
Учет, аудит и трансформация по МСФО, управленческая отчетность
Татьяна Гежа
Маргарита Дружинина
Максим Бобров
Анна Козлова
аудит, консалтинг по бухучету и налогам
Михаил Болдин
аудит, консультирование по налогообложению и бухучету
Наталья Сапко
Аудит, методология и автоматизация учета
Наталья
Игуш
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Виктория
Варламова
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Вадим
Чимидов
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Татьяна
Тарасова
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Кирилл
Неймарк
Сергей
Худяков
Кира
Трунтаева
Виталий
Цапков
Наталья
Наталюк
Ольга
Новикова
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Любовь
Резникова
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Татьяна
Гежа
Маргарита
Дружинина
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Максим
Бобров
Анна
Козлова
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Михаил
Болдин
Публикации и мероприятия с участием эксперта
Наталья
Сапко
Публикации и мероприятия с участием эксперта
100%конфиденциально
15 500консультаций провели
100 000ошибок исправили
45экспертов-практиков
Краш-тест на риски вероятности проверки, незаконной оптимизации и мошенничества в учете
Пройти тест
<