Организация заплатит 138 млн руб. за «формального» поставщика и дробление

Ситуация

В отношении общества была проведена выездная налоговая проверка. Доначисляя НДС и налог на прибыль инспекция указала следующее:

1. Формальный договор поставки с контрагентом-юрлицом:

• у контрагента отсутствовал необходимый штат сотрудников, справки по форме 2-НДФЛ представлялись только на гендиректора;
• отсутствовали перечисления по зарплате, арендные и коммунальные платежи, канцелярские расходы, оплата услуг связи и почтовые расходы;
• иностранным поставщиком товаров юрлицу являлась корейская компания, которая поставляла импортные товаров и для проверяемого общества;
• общество являлось единственным покупателем товаров у контрагента, большинство денежных средств (83%) получены непосредственно от налогоплательщика. Это признак подконтрольности юрлица проверяемому обществу.

2. Дробление с участием ИП на УСН:

• от имени ИП обществом осуществлялась организационно единая деятельность, ИП имели длительные дружеские (партнерские) отношения, родственные связи с руководителями и учредителями налогоплательщика;
• общество реализовывало парфюмерную и косметическую продукцию подконтрольным ИП по заниженным ценам (отклонение составляло от 600 до 1400%), что не имело экономически обусловленной цели;
• деньги, поступающие на расчетные счета контрагентов, частично обналичивались;
• участники схемы открывали и обслуживали расчетные счета в одних банках, использовали один сайт в сети «Интернет», налоговая отчетность направлялась с одного IP-адреса, помещения для хранения и оптовой торговли, размещения персонала располагались по одному адресу;
• участники схемы дробления бизнеса несли финансовые обязательства друг за друга.

Решение

Суды, признавая решение налогового органа законным и обоснованным отметили следующее:

1. Спорные контрагенты имеют признаки технических организаций, например:

1. Формальные отношения для наращивания стоимости товара и НДС. Юрлицо было формально вовлечено обществом в цепочку продвижения товара от иностранного контрагента для наращивания стоимости товара и НДС. Общество являлось инициатором заключения договора на поставку импортной продукции. Оплату за фрахт осуществляло юрлицо, транспортно-экспедиторские услуги на территории РФ — общество, но все таможенные платежи производились за счет денежных средств, поступивших от общества, у юрлица отсутствовали складские помещения для хранения товара.
2. Дробление единой деятельности с ИП. Общество и индивидуальные предприниматели фактически осуществляли деятельность в рамках единого процесса по реализации товаров, каждым имитировалась самостоятельная деятельность, осуществляемая фактически единым хозяйствующим субъектом, направленная на минимизацию налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций.

Выводы

Данный кейс наглядно демонстрирует налоговые риски «оптимизации» для целей снижения налоговых обязательств. Данные схемы достаточно легко вычисляемы налоговыми органами и ведут к серьезным финансовым потерям бизнеса. Причем при умышленной неуплате налогов рискуют и руководители компаний в части уголовной и субсидиарной ответственности.

Добросовестный бизнес тоже рискует получить доначисления из-за недолжного внимания к налоговым рискам и ошибкам.

Наша аудиторская практика показывает, что в 100 % случаях бизнес допускает налоговые ошибки. В 2026 году особенно важны проактивные действия — своевременная регулярная профилактика рисков. Это позволяет вовремя их выявлять и исправить ситуацию.